Дэниел Хеллер-Розен “Разрушение традиции: Об Александрийской библиотеке” II

В тот момент, когда книга заносилась в “Таблицы” <“Pinaces” - буквально “Таблицы” или “Дощечки”> каллимаховского индекса, оно приобретало новую форму и определённый ракурс рассмотрения: его текст, обозначенный заглавием, которое впредь будет за ним закреплено, приписанный человеку, из чьей жизни он теперь по общему мнению, будет брать начало, определённый с помощью приблизительного числа строк, которое будет теперь его точным объёмом, теперь радикально сокращён, представлен в виде pars pro toto (part for the whole), сведён к его incipit (starts). Таким образом, произведения, внесённые в Pinaces, с необходимостью становятся тем, чем они никогда не были: фигурами, шифрами, названиями самих себя.